Как распознать манию на начальной стадии и как ее избежать?

К сожалению, часто бывает, что вы последним осознаете, что у вас мания. Отследить ее развитие непросто, а когда она уже в разгаре, остановиться усилием воли невозможно. В конце концов, вы снова оказываетесь в ненавистной больнице, а ваши родные надеются только на сильнодействующие препараты.

Многих при мыслях об этом охватывает чувство безнадежности. Но вы не беспомощны, от ваших усилий и ответственности многое зависит.

«Руководство по выживанию с биполярным расстройством» дает подробные рекомендации, как распознать приближающуюся манию, вовремя принять меры и избежать рецидива. А также – как спастись от тяжелых последствий, если мания все-таки случилась.

balance

Препятствуем обострению мании Роберт – сорокапятилетний управляющий успешной ландшафтной архитектурной компанией. Он столкнулся с тремя эпизодами мании за четыре года, с того момента, как он начал встречаться с его девушкой, Джесси, с которой они до сих пор вместе. Два из этих эпизодов закончились госпитализацией. Он поддерживал общение с его детьми от прошлого брака, восемнадцатилетней Энджи и двадцатидвухлетним Брайаном. У Джесси не было детей. Перед последним маниакальным эпизодом Роберта, который привел к госпитализации, о себе дали знать определенные тревожные знаки. Первый знак, о котором он сообщил – он потерял интерес работе, а его коллеги стали его раздражать, из-за чего он стал недоверчивым. Это был неподходящий момент: его бизнес процветал. На первых этапах его маниакального эпизода, он описывал свои ощущения, как «ожидание того, что что-то обязательно пойдет не так»: его мысли резко сменялись одну другой, и он был переполнен великими идеями. Он все еще мог спать большую часть ночи и не видел необходимости в том, чтобы обратиться к своему психиатру. По словам Джесси, за неделю до госпитализации Роберт стал «чрезмерно экспрессивным» и «принял доминирующую позицию». Например, он посетил баскетбольный матч, на котором «был самым громким на трибунах». Тренер даже попросил его уйти. На следующий день Джесси и Роберт пошли в забегаловку, в котором он пролаял свой заказ официантке. Позже он извинился перед ней. Джесси и Роберт обсудили его обостряющееся поведение, и он признался, что чувствует себя «гиперактивным», но также чувствует себя хорошо: «Я вижу вещи гораздо яснее, чем раньше». В конце концов, они пришли к решению позвонить доктору, который не виделся с пациентом уже год. Доктор Роберта говорила с ним по телефону, но не задавала ему вопросы о его самочувствии, вместо этого он был поглощен ситуацией на работе. Она пришла к заключению, что ему нужен перерыв: он звучал измученно. Курс его медикаментов не был изменен (он состоял из небольших доз вальпроата и изоптина). Все стало хуже, когда Роберт, разгневанный тем, что его сын, Брайан, не перезвонил, отправился в музыкальный магазин, где тот работал. Он вступил в словесную перепалку с сыном и не брезговал использовать ненормативную лексику. Босс Брайана рассержено предложил отцу и сыну перенести разборки в другое место. Брайан был весьма огорчен и сказал Роберту, чтобы тот больше никогда не приходил к нему на работу. Через несколько дней состояние Роберта обострилось еще сильнее. Его движения стали быстрыми и безумными. Его охватила паранойя, он стал злым и зацикленным на грандиозных мечтах о музыкальной карьере, даже несмотря на то, что он играл на гитаре лишь изредка и был любителем. Он купил дорогую гитару Fender Strato-caster, но затем обменял ее на инструмент, который стоил гораздо дешевле. Он начал ссориться с Джесси, и, по его словам, «она говорила этим гневным, обиженным, незнакомым тоном, как будто контролирует все и знает-все-на-свете». Он импульсивно покинул их квартиру и остался жить в офисе. Ночью он позвонил ей в слезах и признался, что его сковала паника: ему казалось, что он умирает, или что он готов убить себя. Джесси позвонила в полицию, которая обнаружила мужчину, уставившегося в полоток, в его кабинете. В сопровождении полиции он отправился в местную городскую больницу. Там он провел две недели, после чего ему была назначена новая дозировка вальпроатов и рисперидона. Маниакальный эпизод может нанести ущерб жизни человека. Он может истощить финансы, разрушить брак и долгие отношения, ухудшить физическое здоровье человека, повлечь за собой проблемы с законом, привести к увольнению и даже к летальному исходу. Последствия могут проходить долго: Уильям Кориэлл и его коллеги из медицинского центра Университета Айовы (1993) выяснили, что социальные и связанные с работой последствия маниакального эпизода сглаживались на протяжении пяти лет после последнего эпизода. Если вы вспомните ваш прошлый маниакальный (гипоманиакальный) эпизод, вы, возможно, признаете, что это было оживленное время вашей жизни. Возможно, будет часть вас, которая захочет воссоздать маниакальную фазу, из-за чувства эйфории, прилива энергии, уверенности в себе (читайте больше в главе 7). Когда ваше настроение обостряется, ваш мыслительный процесс, возможно, кажется вам очень ясным и гениальным, даже если другие посчитают его нелогичным. Вы, возможно, наслаждались окрыленностью, энергичностью и целеустремленностью. Наверняка вы даже знали, что становитесь маниакальным, но не хотели отключать опьяняющие чувства. Так было и с Робертом, и со многими другими людьми с БАР, с которыми я работал. Оглядываясь назад, вы, вероятно, чувствуете, что, если была возможность предотвратить или хотя бы минимизировать ущерб, который влекут за собой маниакальные эпизоды, вы бы ею воспользовались. После госпитализации Роберт раскаялся в содеянном: Джесси грозилась уйти от него, а его сын не хотел общаться с ним. Его отношения с сотрудниками были также испорчены. Если у вас не было маниакальных или смешанных эпизодов, а только гипоманиакальные (это в случае, если у вас БАР II типа), ущерб ваших обострений может быть таким же. Тем не менее, вы можете осознать, что гипоманиакальные эпизоды, так же, как и маниакальные или смешанные эпизоды, своими последствиями ведут к тяжелым депрессиям. Поговорка «чем выше взлетаешь, тем больнее падать» великолепно описывает биполярное расстройство. Из-за особенностей физиологии вы не можете полностью предсказать маниакальные или гипоманиакальные эпизоды. Но вы можете контролировать то, какими тяжелыми они будут, и ограничить ущерб, которые они могут нанести. Вы сможете научиться противостоять им с помощью распознавания симптомов, когда те только начинают появляться, а затем приводить в действие планы по ограждению себя от резких смен настроения. В случае Роберта, существовало небольшое «окно возможностей», в котором его ранние сигналы были очевидны и даже могли быть использованы для предотвращения обострения полномасштабного эпизода. Вы узнаете больше о том, как Роберт и Джесси научились предвидению и предотвращению маниакальных симптомов, в этой главе. Если вы успешно осуществляете план по предотвращению или уменьшению трудностей ваших маниакальных эпизодов, ваши отношения с семьей, отношения на работе и в обществе в целом будут даже улучшаться. Некоторые аспекты этого плана будут включать в себя вещи, которые вы делаете наедине с собой, некоторые – включать взаимодействие с членами семьи и близкими людьми. Другие аспекты все еще будут включать доктора или терапевта. Когда мания станет прогрессировать, вам понадобится помощь, потому что будет трудно контролировать себя. Лучше всего создать план профилактики обострений, пока вы стабильны, потому что, когда вам станет хуже, вы столкнетесь с трудным периодом распознавания тревожных звонков, связанных с вашим поведением и изменением вашего состояния. Я представляю развитие маниакального эпизода как поезд, покидающий станцию. Когда поезд начинает двигаться, и кто-то из пассажиров хочет сойти с него, кондукторы могут остановить поезд, до того, как он наберет определенную скорость. Но, если ждать слишком долго, пассажиры застрянут в вагоне до следующей остановки. Маниакальные эпизоды могут восприниматься, как поезд. Ключ к выздоровлению – возможность сказать, когда поезд начал движение, и попытаться покинуть его, пока не станет слишком поздно. Предотвращение рецидива мании Насколько важно понимание того, что вы становитесь маниакальным? Одно исследование показало, что существует два тревожных звонка, предсказывающих повторную госпитализацию: отказываться от принятия препаратов и быть не в состоянии распознать ранние признаки рецидива (Joyce, 1985). Но есть и хорошие новости: люди с биполярным расстройством, в лечении которых принимают участие родственники (они учатся определять ранние тревожные звонки маниакального эпизода и затем незамедлительно обращаться за помощью к специалистам), с меньшей вероятностью сталкиваются с рецидивами в следующие два года после последнего эпизода (в отличие от тех, у кого такая помощь отсутствует). (Miklowitz et al., 2003; Rea et al., 2003). (См. Графу ниже). Однажды Роберт и Джесси начали разрабатывать успешный план действий для профилактики рецидива. Он заметил: «Раньше я считал, что контролирую ситуацию в маниакальные периоды, но на самом деле – болезнь управляла мной». В этой главе вы узнаете трехэтапную стратегию, которая поможет вам «вовремя сойти с поезда». Методика по предотвращению рецидива Алана Марлатта (Marlatt & Donovan, 2007) была разработана с целью предотвратить повторные запои при алкоголизме. Методика по предотвращению рецидива показала себя с хорошей стороны в исследованиях, посвященных необходимости получения поддержки семьи для людей с БАР (см. главу 6). Методика по предотвращению рецидива подобна курсу ОБЖ. Как и о противопожарных мерах, над предотвращением рецидива стоит задуматься, пока все в порядке, тогда и в момент опасности вы будете знать, что делать при «пожаре». Метод предотвращения рецидива включает в себя множество шагов, которые вы делаете в попытке исключить ущерб, который может быть нанесен вследствие ожидаемого эпизода:  Определите предшествующие симптомы;  Перечислите все возможные профилактические меры;  Составьте план (подобный контракту) с подробным описанием профилактических мер. Первый этап – определить, каковы ваши первые симптомы, и сделать список (как правило, с помощью вашего окружения) ранних тревожных знаков, с которых обычно начинается эпизод мании. Определение тревожных знаков может также включать в себя выявление обстоятельств, вызывающих данные симптомы (например, запои, пропуск приема препаратов, стрессовые ситуации и т.д.). Новое исследование: Маргарет Ри и ее группа из Университета UCLA (Rea et al., 2003) разработали два варианта терапии для людей с БАР I типа, которые только что прошли через эпизод мании. Первый вариант – семейная терапия, состоящая из двадцати одного занятия; второй вариант – индивидуальная терапия, состоящая из такого же количества занятий. Люди, прошедшие курс семейной терапии, держались без маниакальных эпизодов и госпитализаций дольше тех, кто проходил индивидуальный курс. Привлечение членов семьи лучше помогало противостоять новым маниакальным эпизодам, потому что члены семьи всегда успевали замечать ухудшение состояния больного. Гораздо труднее сделать это в одиночку. На втором этапе (перечисление профилактических мер) вы устраиваете мозговой штурм с вашими близкими и обсуждаете действия, которые следует предпринять в случае возникновения одного или более предшествующих симптомов (например, что нужно звонить психиатру, отправиться в больницу, попросить других присмотреть за вашими детьми). Данные действия нуждаются в вашем участии, участии вашего доктора и близких людей. На третьем этапе вы, ваши близкие и ваши доктора разрабатываете на основе действий первого и второго этапов письменный план, который будет больше похож на договор, в котором описывается все, что нужно делать, когда случится маниакальный эпизод. Важно, чтобы все «ключевые игроки» имели доступ к договору: таким образом, они смогут помочь вам привести его в действие, когда вам станет хуже, – сами же вы меньше всего будете желать обратиться за помощью в этот момент. В этой главе рассматривалось лишь предотвращение маниакальных эпизодов. В следующих главах речь пойдет о способах предотвратить или свести к минимуму развитие депрессии. Но прежде, чем я начну говорить о сущности механизма составления договора, позвольте мне поднять один деликатный вопрос, который, возможно, касается и вас: речь пойдет о дискомфорте, который появляется вследствие необходимости быть зависимым от других. Помощь друзей «Я начинаю кричать, но уже через мгновение вновь становлюсь счастливой. Появляются проблемы со сном, мысли сменяются одна за другой с такой скоростью, что я не могу ухватиться ни за одну из них. Я становлюсь мужественной и волевой. Самой странной вещью для меня является то, что я даже забываю, что я больна, а раз так, то зачем мне вообще нужно принимать лекарства – ведь я здорова! Мой муж всегда первым замечает изменения во мне, а затем сестра, потом – мои лучшие друзья. Я последняя узнаю о том, что у меня мания», – говорит тридцатитрехлетняя женщина с БАР I типа. Потеря чувства реальности и контроля над собой является неврологическим признаком мании: люди не замечают ничего ненормального в своем поведении в самый разгар эпизода, иногда даже при эскалации мании или даже после эпизода (Ghaemi et al., 2000). Из-за потери осознанности близкие родственники, супруг или партнер, друзья часто первыми распознают развитие маниакального состояния, замечают в вашем поведении вещи, которые не замечаете вы сами. По этой причине очень важно вовлечь их в трехэтапную методику по предотвращению рецидива. Вернитесь к упражнению, в котором вам предлагалось перечислить ваших близких и друзей, которым вы могли бы довериться в чрезвычайной ситуации. Близкие родственники должны участвовать в уходе за человеком с хроническим заболеванием, и неважно, ментальные ли это болезни или физические, вроде заболеваний сердца или диабета. Опираясь на психологическое исследование, мы можем точно сказать, что люди, которые качественно заботятся о здоровье, как правило, привлекают и членов семьи к борьбе с вредными привычками. Например, члены семьи поощряют их за то, что те едят здоровую пищу, не курят или занимаются спортом. Тем не менее, участие других – «обоюдоострый меч»: надзор за вами, вероятно, вызовет стресс (Lewis & Rook, 1999). Большинство людей возмущает мысль о том, чтобы другие (в частности их близкие родственники) распоряжались их жизнью. В худшем случае, больной может чувствовать себя так, будто он отказался от своей независимости в пользу другого. Это мнение разделяют и люди с некоторыми с физическими заболеваниями. Например, людям с диабетом не нравится мысль о том, что кому-то придется вводить им инсулин, если они впадут в инсулиновую кому . Люди с высоким давлением или сердечно-сосудистыми заболеваниями не довольны идеей о том, что супруги контролируют их еду и количество употребляемой соли. Люди с биполярным расстройством, кажется, особенно подвержены таким мыслям. Я слышал такое утверждение от многих клиентов: «Мне не нравится то, что мне придется передать «управление» кому-то другому», и не важно, контролировал ли их любимый человек, супруг, доктор или (особенно) родитель. Думаю, существует несколько причин, по которым вопрос контроля так значим для людей с БАР. Во-первых, когда вы испытываете чувство хаоса, которое вызывают колебания настроения, для вас особенно важно чувствовать, что вы, как минимум, контролируете ваш внутренний мир. Во-вторых, чувства уверенности и власти связаны с ранними и поздними стадиями маниакального эпизода – они в частности склоняют вас к отказу от принятия советов, мнений или помощи других. В-третьих, многие люди с биполярным расстройством имели негативный опыт в прошлом, когда другие в чрезвычайных ситуациях (несмотря на благие намерения) пытались контролировать их состояние. Если вы отрицательно относитесь к помощи других, подумайте о том, почему так происходит. Что беспокоит вас, когда вы опираетесь на других? Дело в защите собственной автономности? Вопрос в конкуренции? Боитесь ли вы остаться в долгу? Возможно, вы чувствуете, что просите слишком многого? При решении вопроса о том, кого выбрать в качестве помощника в экстренных ситуациях, мои клиенты отвечают: «Единственный человек, который бы, вероятно, пошел на это – человек, которому я больше не хочу разрешать контролировать свою жизнь. Это моя мать», «Мои отношения с женой таковы, что всегда приходится платить определенную цену. Если я положусь на нее, она оттолкнет меня каким-нибудь другим способом» и «Мы с братом всегда соревновались. Если бы он вмешался, когда я пребывал в маниакальном состоянии, я бы чувствовал что-то, вроде: «Ты выиграл». Важно попытаться понять, что для вас является угрозой, когда вы обращаетесь за поддержкой к членам семьи. Существует множество способов, с помощью которых вы сможете облегчить принятие помощи других. Во-первых, помните, что вы просите вмешаться тогда, когда вам станет хуже, а не тогда, когда вы стабильны и грамотно распоряжаетесь своей жизнью. Возможно, вы боитесь того, что, если вы позволите другим контролировать один из сложных периодов, то последует потеря самостоятельности и в других сферах жизни. Вероятно, вы переживаете, что ваш муж, жена или члены семьи навсегда нависнут над вами и будут контролировать, как вы спите, едите, работаете и общаетесь с другими. Но правда в том, что вы передаете управление лишь над одним конкретным периодом вашей жизни. На самом деле, вы можете все им объяснить, сказав, что помощь понадобится лишь тогда, когда вам станет плохо. Во-вторых, попытайтесь вовлечь людей, с которыми у вас не было ссор. Если у вас с матерью или отцом были какие-либо конфликты, связанные с вашей независимостью, попросите помощи у ваших братьев, сестер или близких друзей. Это могут быть члены близкого круга, с которыми вы часто видитесь, которые точно будут знать, что с вами что-то не так, и которых вы считаете теми, кто способен принимать важные решения в кризисное время. Практическая проблема, которая может возникнуть, когда вы принимаете чью-то поддержку – это то, что ни один из членов вашего круга, возможно, не видится с вами достаточно часто, чтобы быстро распознать первые тревожные звонки при расцвете мании. Если ваши родные живут далеко от вас или вы общаетесь с ними лишь по телефону, то они могут не заметить едва уловимые изменения в вас, которые происходят при переходе в маниакальное состояние, или у них может не оказаться практических ресурсов (например, они не могут связаться с вашим врачом), чтобы помочь вам. В таких случаях клиенты цеплялись за поддержку друзей или сожителей/соседей по комнате или давали живущим вдалеке от них родителям номера своих психиатров или терапевтов, предоставляя инструкции, чтобы те смогли распознать новый эпизод и вовремя обратиться к врачу. Если у вас нет связи с близкими людьми, вам придется справляться с анализом своего состояния и поведения самим, а также своевременно обращаться к врачу, когда будет необходимость. Некоторые описывают свои колебания в таблице настроения, чтобы определить, когда нужно будет обращаться к своему терапевту или психиатру. Вы можете заметить совсем небольшие сдвиги в вашем настроение, даже если «движение» происходит с остановками, с интервалами в несколько дней. Несмотря на то, что, субъективно, ваши наблюдения могут быть полезными и в будущем ввести вашего врача в курс дела, «самостоятельность», скорее всего, позволит вам игнорировать болезнь и пустить все на самотек. Шаг 1: распознаем ранние признаки мании «Он становится разобщенным и замкнутым, в каком-то смысле разбитым, тревожным… В глазах других – громким и нечувствительным. Он даже звучит, как совсем другой человек. Однако в такие моменты я понимаю, как выглядит его болезнь», – жена пятидесятилетнего пациента с БАР I типа. «Я начинаю думать, что совершил ошибку на работе (я ремонтирую холодильники) … Я начинаю задаваться вопросом: все ли я верно сделал, а затем думать, что чей-то холодильник взорвется и загорится… я спрашиваю себя: подумал ли я или озвучил свои мысли. Это отталкивает меня от людей. Я становлюсь молчаливым», – шестидесятилетний мужчина с БАР I типа с психотическими чертами. «Обычно она застенчивая, но, когда она ловит кайф, она начинает буквально бросаться на людей; она становится чересчур эмоциональной и несдержанной, например, она может рассказать все о своей жизни работнику банка… Я вижу, как другие обходят ее стороной, я замечаю косые взгляды, но люди не знают, что она так общается», – муж тридцатисемилетней женщины с БАР I типа. Выявление предвестников мании Исследуя начальные фазы маниакальных эпизодов, Эмили Олтман и наша группа из университета UCLA (1992) на протяжении девяти месяцев наблюдали за людьми с БАР во время их госпитализации и оценивали их симптомы каждый месяц. У некоторых были маниакальные эпизоды во время самого исследования. У пациентов развилась «необычность» мышления за месяц до пика эпизодов. Необычные мысли были отражены в их высказываниях, полученных во время клинических интервью (кто-то верил во влияние духов, в сверхспособности, в оккультизм; кто-то придумывал чрезвычайно оптимистичные схемы для быстрого заработка денег; кто-то чувствовал, будто все уставились на них или смеются над ним; а кто-то был уверен в том, что обладает уникальными умственными способностями). Такие перемены в мышлении были несильными, в некоторых случаях больной даже мог признать, что его идеи звучат странно и нереалистично. Эффективная профилактика: В начальной фазе поезд только начинает покидать станцию, и у вас все еще остается контроль над своей судьбой. Вот, почему так важно научить себя распознавать даже слабые симптомы мании. Во второй главе я рассказывал о том, что маниакальный синдром включает в себя перемены в настроении, в активности, в мыслительном процессе и восприятии, в режиме сна и контроле своих действий. Начало фазы включает в себя некоторые или все из вышеперечисленных симптомов. Начальная фаза – ее отсчет начинается с появления первых симптомов и до момента, когда симптомы достигают своего пика и становятся крайне тяжелыми –может длиться один два дня, а иногда даже несколько недель. Во время нее ваши симптомы, вероятно, будут переноситься легко и не всегда хлопотно. Следовательно, их сложно будет обнаружить. Они – как приглушенная версия симптомов полноценного маниакального эпизода. Я призываю своих клиентов не бояться ошибиться и лишний раз перестраховаться: появление даже одного мягкого продромального симптома часто является серьезным поводом обратиться за помощью. Грэйс Вонг и Доминик Лэм (1999) провели опрос в Лондонском Институте Психиатрии: они просили описать людей, страдающих БАР, их ранние тревожные звонки, предшествующие маниакальным эпизодам. Чаще всего больные называли такие симптомы, как уменьшение часов сна и увеличение активности (40% опрошенных). Реже люди называли эйфорию или тревожность, спутанность мышления или энергичность и продуктивность (целеустремленность), с которыми они сталкивались в отрывок времени, предшествующий эпизоду. Оказалось, что многие люди с БАР могут описать свое поведение в состоянии мании, как минимум, когда их спрашивают об этом после самого эпизода. Самым трудным вопросом является: «Какие изменения в поведении вы ищете в себе?». Одна и возможностей распознать развитие очередного эпизода – записать (когда вы будете в стабильном состоянии) тревожные знаки, которые вы сможете вспомнить из прошлых эпизодов. Сложно будет проявить объективность, когда ваше состояние вновь ухудшится, но, имея под рукой список, вам будет легче с этим справиться. Ваши ранние тревожные звонки, конечно, могут быть индивидуальными. В самом начале гипоманиакального эпизода Нэнси ощущала нарастание беспокойства и тревоги. Пит отметил, что, несмотря на то, что он стал резким и возбужденным, он избегал общения, потому что понимал, что будет отталкивать других, когда эпизод будет в самом разгаре. Хизер стала одержима одним актером и начала «видеть вещи краем глаза». Очень важно уметь отличать ранние признаки мании от признаков депрессии (пассивность, усталость, самокритика, безнадега и потеря интереса). Холли, например, отметила увеличение тревожности и раздражительности в период развития мании, но не определила их, как предвестников депрессии. Обычно она прибегала к самолечению своей раздражительности с помощью безрецептурных лекарств. В один из периодов развития мании она даже убедила интерна выписать ей антидепрессант, который только усугубил ее симптомы. Со временем, она поняла, что раздражительность и беспокойство предвещают манию, а не депрессию, и она стала полагаться на общепринятые способы профилактики, такие, как увеличение дозировки стабилизатора настроения. Если вы пережили только один-два эпизода, вы, вероятно, столкнетесь с трудностями в определении продромальных симптомов. Ваша семья, друзья или доктор, возможно, смогут вам помочь. Во второй главе говорилось о том, насколько разнится видение мании семьей или доктором от вашего. Вы можете не соглашаться со своими родственниками в определении вашего поведения или изменениях в мышлении, но лучше записать описания со слов родственников, если это поможет им распознать развитие следующих эпизодов. Точно так же запишите и собственное видение тревожных знаков, даже если оно не совпадает с мнением родных. Роберт, мужчина, о котором говорилось в начале главы, чувствовал себя очень сексуальным и у него путались мысли перед тем, как его настроение стало меняться. Его девушка, Джесси, видела это иначе: ей казалось, что вначале он стал раздраженным, затем громким и навязчивым. Терапевт, лечивший Алана, который верил, что другие люди могут слышать его мысли, видел в нем первые симптомы, такие как «бодрость, оптимистичность, уверенность. Если у вас БАР II типа, вы можете задаваться вопросом: действительно ли ваши гипомании имеют начало и конец. Гипоманиакальные эпизоды могут быть трудно различимыми, и, поскольку они существенно не мешают вашей работоспособности, возможно, их будет трудно отличить от обычного состояния. Тем не менее, даже гипомания имеет определенные физические, когнитивные и эмоциональные перемены в состоянии человека. Типичные продромальные симптомы гипомании: уменьшение количества сна (разница может быть небольшой, в один-два часа), увеличение физической активности, скорости мышления или речи, появление чувства творческого подъема и того, что человек «мыслит за рамками», появление тревожности или нетерпеливости. Возможно, вы можете припомнить перемены, возможно, вы чувствовали, что что-то изменилось в вас. Распознавание ситуаций, которые провоцируют появление первых симптомов мании Вам будет гораздо легче описать свои первые знаки, если вы также запишите информацию о фоновых событиях, которые происходили параллельно с ними. Например, Роберт считает, что его раздражительность во время последнего маниакального эпизода была связана с увеличение количества работы и давлением со стороны коллег. Выявление обстоятельств, связанных с вашими предыдущими маниакальными эпизодами, может помочь вам минимизировать воздействие следующих. Если вы знаете, что какое-то конкретное обстоятельство, которое было связано с вашим последним эпизодом, вы можете более внимательно отнестись к своему состоянию в следующий раз. Бережное отношение к своему состоянию поможет определить, когда вам нужно будет обратиться за медицинской и иной помощью, взять выходной и т.д. Тереза работала бухгалтером. Она пришла к выводу, что налоговый сезон с его более долгим рабочим днем был толчком к развитию ее маниакальных эпизодов. Перед налоговым сезоном она ей прописали транквилизаторы (кветиапин), чтобы она смогла начать принимать их, если столкнется с проблемами со сном, если у нее станут путаться мысли. Она также взяла себе несколько отпускных в середине налогового сезона, когда почувствовала усиление мании. В результате она смогла пройти через этот этап работы, и ее мания не развилась в полной мере, даже несмотря на то, что она все время была во взвинченном состоянии, лишь частично замаскированным лекарствами.